Влияние образовательного процесса по подготовке юристов на внедрение медиации в правовую практикуТекст научной статьи по специальности «Государство и право

Влияние образовательного процесса по подготовке юристов на внедрение медиации в правовую практику Текст научной статьи по специальности «Государство и право. Юридические науки» Анализируется совершенствование подходов к решению проблемы становления института медиации как одного из направлений развития правовой системы Российской Федерации и социального партнерства, внедрение медиативных технологий в правовую практику путем обучения этому методу представителей юридических профессий. Повышение квалификации и получение дополнительного профессионального образования юристов в области применения медиативных технологий — это, безусловно, прямой путь интеграции медиации в правовую практику, однако не единственный.

Получить первые знания юристы должны во время обучения на юридическом факультете, а для этого необходимо включить в состав ключевых компетенций, формируемых в процессе подготовки будущего юриста в вузе, медиативную компетенцию. Федеральный закон

«Об альтернативной процедуре урегулирования споров с участием посредника (процедуре медиации)»

[1] был принят 27 июля 2010 года, вступил в силу с 1 января 2011 года, однако в правовой практике медиация дает еще только первые результаты. Институционализация медиации предполагает соединение нескольких составляющих: политического намерения государства, мобилизации судебного аппарата, участия государственной власти, принятия соответствующих нормативно-правовых актов [2], которые уже частично продемонстрированы российским законодателем.

Однако без «человеческого потенциала», без востребованности со стороны граждан медиации как метода, ориентированного на максимальную реализацию интересов всех участвующих в конфликтной ситуации сторон, инициативы только законодателя будет явно недостаточно для практического внедрения этого института. Развитие института медиации рассматривают как одно из направлений совершенствования правовой системы Российской Федерации и развития социального партнерства. По мнению Е.И. Носыревой [3], говорить о становлении института медиации в социальном аспекте в России еще рано, медиация с ее отдельным локальным распространением и эпизодическим в масштабах страны использованием пока не стала устойчивой формой социальной деятельности, тогда как в России становление медиации как правового института произошло.

Относительно сегодняшней ситуации, по мнению судьи Владимирского областного суда Александра Бочкарева, россияне чрезвычайно редко обращаются к услугам медиаторов в решении конфликтов. Так, за 2013 год всего в 15 регионах страны процедура медиации применялась в судах.

При этом речь не идет о массовости, ведь это были единичные случаи. Судья также констатирует, что уже в 2015 году во Владимирской области случаев применения процедуры медиации было 17, а 7 из них имели положительный результат [4].

Более позитивная ситуация с медиацией складывается в Липецкой области.

По итогам 9 месяцев 2014 года более 700 жителей региона согласились воспользоваться услугами медиатора.

Уже после первой информационной встречи почти 400 человек (более 50%) отказались от своих требований, признали иски или заключили мировые соглашения. Около 160 человек решили сесть за стол переговоров.

Почти 100 медиативных процедур завершились успехом. 57 человек продолжили судебную тяжбу, но только дела 17 человек рассмотрены по существу с вынесением решения. 40 конфликтующих либо признали исковые требования, либо отказались от них, либо заключили мировое соглашение.

Таким образом, из 700 лиц только для 17 человек (3%) процедура медиации не принесла пользы.

В 97% случаев работа медиаторов оказалась полезна для истцов и ответчиков [5].

гражданским делам, 80 медиаций во внесудебном порядке, заключено 7984 мировых соглашения, в целом прекращено 19 530 гражданских дел. Все это — реальный результат слаженной работы судов и медиаторов по разрешению гражданских споров. Как показала практика судов Ивановской области, подавляющее большинство споров, разрешенных с участием посредника-медиатора, не имели продолжения в виде повторных исков и обращений в суды [6].

В Нижегородской области медиация в правовом поле тормозит и не развивается.

Многочисленные обращения к судебной системе со стороны профессиональных медиаторов не находят поддержки.

Это относится не только к судейской власти и ее отношению к медиации, но и к представителям других юридических профессий.

«Раскачивать» устоявшуюся систему можно долго.

По данным социологических опросов, проведенных среди юристов-практиков в Нижегородской области, все они знают о медиации, так как следят за развитием законодательства, а на вопрос, будут ли они применять ее на практике, отвечают дружное «нет». Почти все так же реагируют на вопрос:

«Хотели бы Вы познакомиться с этим методом разрешения споров поближе?»

. Полагаем, что такое активное отрицание этого метода можно объяснить следующими причинами.

Во-первых, несколько привилегированным положением и значимостью юристов в обществе вообще и по отношению к сторонам спора в частности, так как без их помощи в судебном процессе сторонам самостоятельно практически делать нечего.

Медиация же предполагает активное участие самих спорящих сторон в разрешении своего конфликта, без передачи его в руки «врачей» [7]. Но готовы ли сами спорящие стороны взять ответственность на себя за свою собственную жизнь и «бесконфликтное» общение? Как показывает практика юридического факультета по предложению проведения процедур медиации, решающей для отказа становится информация о разделении ответственности.

Медиатор отвечает за проведение процедуры и за сопровождение сторон в рамках медиации, а ответственность за конфликт передается их собственникам. Такая информация часто пугает граждан, они еще не готовы сами отвечать за то, что оказались в конфликтной ситуации. Во-вторых, юристам, пока они не знакомы с медиацией, здесь видится опасность, конкуренция, потеря гонораров.

В обществе сложилось устойчивое мнение о том, что юристам выгоднее, когда судебная «война» в споре клиента длится бесконечно: чем дольше судебный конфликт, тем больше на нем юрист зарабатывает. Такая постановка вопроса подрывает авторитет юридической профессии, что в конечном итоге может негативно сказаться на самих юристах. При этом о профессионально-этической стороне вопроса очень часто просто забывают — юрист должен использовать правовое поле для урегулирования конфликтов, а не разжигания их.

В-третьих, юристы старшего поколения никогда не проходили обучение альтернативным способам разрешения споров, в том числе медиации, в рамках получения высшего юридического образования, а «незнание» всегда пугает и отталкивает.

Скептический настрой среди юристов в отношении медиации можно преодолеть прежде всего путем обучения их медиативным навыкам, внедрения в их работу медиативных технологий. Так, например, положительный опыт внедрения медиации в юридическую практику Липецкой области можно объяснить тем, что за 2013-й и 2014 год курсы обучения медиации прошли 36 судей общей юрисдикции, а также 2 представителя Арбитражного суда Липецкой области [5].

Ивановский областной суд также выступил инициатором по обучению судей области основам медиации.

Осенью 2013 года рабочей группой по медиации Ивановского областного суда и профессиональными медиаторами была подготовлена обучающая программа «Основы медиации в судебной деятельности РФ».

Курс обучения по этой программе прошли судьи областного суда и районных судов Ивановской области, затем обучение прошли и помощники судей. В штате каждого районного или городского суда работают судьи и помощники судей, получившие дополнительное образование по курсу медиации [5]. Повышение квалификации и получение дополнительного профессионального образования юристов в области применения медиативных технологий — это, безусловно, прямой путь интеграции медиации в правовую практику, однако не единственный.

Получить первые знания юристы должны во время обучения на юридическом факультете. Именно по такому пути пошли большинство школ права в США [8], Великобритании [9], Израиле [10] и др. Так, например, в Нидерландах в учебные планы в рамках бакалавриатов включены курсы по медиации продолжительностью до 6 месяцев [11].

По-мнению Ц.А. Шамликашвили, обучение основам медиации должен пройти каждый студент, получающий профессию юриста, что позволит ему наилучшим образом реализоваться в профессии, получить от нее не только материальное удовлетворение, но и моральное [12].

Приобретение знаний и первичных навыков применения медиации и медиативного подхода студентами-юристами поможет им в дальнейшем ориентироваться в процессе своей профессиональной деятельности на понижение конфликтного потенциала российского общества и более эффективно решать свои профессиональные задачи. Помимо этого именно на юристах лежит ответственность за информирование граждан о возможностях медиации и, соответственно, за то, будет ли эта процедура востребована в обществе. По мнению зарубежных экспертов тех государств, где медиация уже используется не один десяток лет, юристу необходим особый подход к сопровождению клиента, который был бы специально ориентирован на то, чтобы реализовать все преимущества этого быстро формирующегося и приобретающего все большую популярность способа разрешения конфликтов [13].

Одной из задач современной системы высшего профессионального образования в Российской Федерации является переход на новую модель образовательных стандартов.

Эта модель тесно связывается с компетентностным подходом в обучении будущих юристов и опирается на формирование компетенций. Компетенция — это не только профессиональные знания, умения, навыки, но и внепрофессиональ-ные навыки, характеризующие конкретную личность.

В настоящее время государство ставит перед системой высшего образования задачу воспитать профессионально значимые личностные качества будущих юристов, необходимые для осуществления профессиональных компетенций. Необходимость получения компетенций в области медиации предусмотрена для направлений «Конфликтология» и «Клиническая психология». Так, например, ФГОС ВПО по направлению подготовки 034000 «Конфликтология» (квалификация (степень) магистр) предусматривает способность выпускника к применению технологий медиации (ПК-19), ФГОС ВО по направлению подготовки 37.03.02 «Конфликтология» программы бакалавриата -способность использовать альтернативные тех- нологии урегулирования конфликтов и поддержания мира (переговоры и медиацию), ФГОС ВПО по направлению подготовки (специальности) 030401 «Клиническая психология» (квалификация (степень) специалист) в рамках специализации «Клинико-социальная реабилитация и пенитенциарная психология» способность и готовность выпускника к использованию технологий восстановительного правосудия, навыков медиации в условиях конфликта в право-значимых ситуациях.

В образовательных стандартах подготовки юристов (бакалавров, магистров) таких требований на настоящий момент не содержится. Однако самим юристам владение не только знаниями о медиации, но и навыками ее применения жизненно необходимы. Юридическая деятельность, в основном, по сути является конфликтной, юристы реализует свои профессиональные задачи в потенциально конфликтных ситуациях, и именно юристам предстоит взять на себя ответственность и придать новую ценность способам разрешения споров.

Подготовка профессиональных юристов должна заключаться не только в том, насколько компетентно юрист может обращаться в суды за разрешением тех или иных правовых споров, но и в том, как юрист может урегулировать правовой конфликт, не доводя дело до разбирательства в судебных органах, либо составить договор с учетом интересов каждого из субъектов правоотношения.

Анализ литературы позволил прийти к выводу, что очень часто медиативную компетенцию отождествляют с коммуникативной компетенцией, которая так или иначе имеет место в образовательных стандартах по подготовке юристов.

В науке есть разные точки зрения по поводу определения понятия «коммуникация».

Термин «коммуникация» понимается, например, как обмен мыслями и информацией в форме речевых или письменных сигналов [14].

Коммуникация — понятие более узкое, чем общение, это передача информации в любом виде между взаимодействующими субъектами. Коммуникация входит в структуру общения наряду с интеракцией (организация взаимодействия и воздействия) и перцепцией (чувственное восприятие как основа взаимопонимания). Интерактивная функция общения заключается в регуляции поведения и непосредственной организации совместной деятельности людей в процессе их вза- имодействия.

Аффективно-коммуникативная функция общения связана с регуляцией эмоциональной сферы. Весь спектр человеческих эмоций возникает и развивается (эмоциональные состояния либо сближаются, либо поляри-зируются) в условиях общения людей [15]. Таким образом, коммуникация не предполагает процесса установления взаимопонимания между участниками, обмена действиями, построения общей стратегии взаимодействия, восприятия и принятия партнера, что является базовыми принципами медиации и медиативного подхода.

По мнению Э.Ф. Зеера, коммуникативная компетенция определяет владение технологиями устного и письменного общения на разных языках, в том числе компьютерного программирования [16].

И.А. Жукова считает, что применительно к юридическому труду коммуникация рассматривается как процесс передачи юристом от своего или коллективного имени специальной информации в рамках некоторых процедур с определенной правовой целью и получения информации от партнера по коммуникации. Цели, условия, порядок коммуникации юриста всегда регламентированы. Коммуникация юриста по своей природе так или иначе связана с возможным использованием властного начала, содержащегося в праве.

Все виды межличностных коммуникаций должны проводиться с учетом правовых и этических правил, направляться на достижение возможного в правовых рамках согласия, даже со стороны, проигравшей спор [17]. По мнению, А. С. Золотнякова, юрист должен быть «профессиональным коммуникатором», т.е.

уметь активно использовать специальные приемы воздействия на людей, позволяющие ему достигнуть коммуникативных целей с меньшими временными и энергетическими потерями [18]. Коммуникативных компетенций и тех знаний, умений, навыков (речевых, информационных), которые подразумевают образовательные стандарты по подготовке юристов, явно недостаточно, чтобы применять медиацию и медиативный подход.

Так, например, в образовательных стандартах третьего поколения предусмотрены следующие компетенции, которые можно отнести к коммуникативным: ФГОС ВПО по направлению подготовки 030900 «Юриспруденция» (квалификация (степень) бакалавр) — ОК-4, ОК-10, ОК-11, ОК-12, ОК-13; ФГОС ВПО по направлению подготовки 030900 «Юриспруденция» (квалификация (степень) магистр) -ОК-4. В образовательных стандартах 3+ ФГОС ВО по направлению подготовки 40.03.01 «Юриспруденция» (уровень бакалавриата) -ОК-5, ОК-6, ОПК-5; ФГОС ВО по направлению подготовки 40.04.01 «Юриспруденция» (уровень магистратуры) — ОК-4.

Приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 15 декабря 2014 г. № 1041н утвержден профессиональный стандарт «Специалист в области медиации (медиатор)» [19], и профессия медиатора — это уже не будущее, а настоящее Российской Федерации [20].

Для определения медиативной компетенции современного юриста в качестве ориентира необходимо пользоваться утвержденным профессиональным стандартом. по переговорам, а из партнеров по переговорам сделать их участниками поиска путей разрешения конфликта [21]. Предлагая включить в образовательные стандарты обучения юристов медиативную компетенцию, мы не ставим своей целью переквалифицировать юристов в медиаторов, но современный юрист должен знать спектр возможностей урегулирования правовых конфликтов, предложить различные методы их урегулирования, квалифицированно рекомендовать и разъяснить медиацию, а это можно сделать только тогда, когда ты сам на себе ощутил результат этого метода, а не просто прочитал Федеральный закон и комментарии к нему.

Думается, что принятие профессионального стандарта медиатора повлечет за собой не только разработку и утверждение соответствующего образовательного стандарта, но и включение медиативных компетенций в образовательные стандарты подготовки российских юристов и в квалификационные характеристики, профессиональный стандарт юриста. 1. Федеральный закон

«Об альтернативной процедуре урегулирования споров с участием посредника (процедуре медиации)»

// Собрание законодательства РФ. 2010. № 31. Ст. 4162. 3. Носырева Е.И.

Становление института медиации в России // Развитие медиации в России: теория, практика, образование: Сб.

ст. / Под ред. Е.Н. Носыревой, Д.Г.

Фильченко. М. Инфотропик Медиа; Берлин, 2012. С. 5. 13. Абрамсон Г.И. Сопровождение сторон в процедуре медиации.

Руководство для адвокатов и консультирующих юристов.

М. Издательство ООО

«Межрегиональный центр управленческого и политического консультирования»

, 2013.

С. 2. 17. Жукова И.А. Формирование профессиональной компетентности юриста в процессе обучения в вузе. С. 123-124. ШЬ: http://law-journal.hse.ru/data/ 2013/02/23/1306561776/3-2010-12^ 20. Филипова И. А. Правовой статус медиатора как работника по законодательству РФ // Вестник Нижегородского университета им.

Н.И. Лобачевского. № 3. Ч. 2. 2014. С. 253-257. This article is aimed at improving the approaches to the establishment of the institute of mediation as one of the areas in the development of the Russian legal system and of social partnership. It is important to introduce mediation techniques in the legal practice by training members of the legal professions to use this method.

Professional development and additional professional education of lawyers in the area of application of mediation techniques is definitely a straightforward, but not the only way to integrate mediation into legal practice.

Lawyers should get the initial knowledge during their studies at the law faculty, therefore, mediation competency should be included in the list of core competencies to be developed during the preparation of future lawyers in higher education institutions. 1. Federal’nyj zakon

«Ob al’ternativnoj procedure uregulirovaniya sporov s uchastiem posrednika (procedure mediacii)»

// SZ RF.

2010. № 31. St. 4162. 2. Russko-francuzskaya konferenciya po mediacii.

URL: http://www.mediationgeneve.com/docs/0_Actes_ version%20russe_.pdf (data obrashcheniya 15.04.2015). 3. Nosyreva E.I. Stanovlenie instituta mediacii v Rossii // Razvitie mediacii v Rossii: teoriya, praktika, obrazovanie: Sb.

st. / Pod red. E.N. Nosyrevoj, D.G.

Fil’chenko. M. Infotropik Media; Berlin, 2012. S. 5. 13. Abramson G.I. Soprovozhdenie storon v procedure mediacii.

Rukovodstvo dlya advokatov i konsul’-tiruyushchih yuristov.

M. Izdatel’stvo OOO

«Mezhre-gional’nyj centr upravlencheskogo i politicheskogo kon-sul’tirovaniya»

, 2013.

S. 2. 17. Zhukova I.A. Formirovanie professional’noj kompetentnosti yurista v processe obucheniya v vuze. S. 123-124. URL: http://law-journal.hse.ru/data/ 2013/02/23/1306561776/3-2010-12.pdf 20.

Filipova I.A. Pravovoj status mediatora kak rabotnika po zakonodatel’stvu RF // Vestnik Nizhego-rodskogo universiteta im. N.I. Lobachevskogo. 2014. № 3. Ch. 2. S. 253-257.