Суд при назначении наказания не знал о наличии другого приговора

Выводы суда о сбыте наркотика должны быть основаны на фактах

Выводы суда о сбыте наркотика должны быть основаны на фактах

Адвокат Фомин Михаил Анатольевич «Доказательства, изложенные в приговоре, не должны противоречить выводам суда о совершении сбыта наркотиков» СУДЕБНОЙ КОЛЛЕГИИ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ ВЕРХОВНОГО СУДА РФ от 14 мая 2013 г. Приговором Кировского районного суда г.Омска от 14 января 2011г. О. и Ж. осуждены по ч. 3 ст. 30. п.п. «а». «б» ч. 2 ст. 228.1 УК РФ к 5 годам 6 месяцам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

По приговору суда О. и Ж. признаны виновными и осуждены за покушение на незаконный сбыт наркотических средств, группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере. Преступление совершено 24 мая 2010г. при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

Проверив материалы дела, Судебная коллегия считает, что судебные решения в отношении О.

и Ж. подлежат изменению. По выводам суда О.

совершил указанные действия 24 мая 2010 года с умыслом на сбыт наркотического средства, который сформировался в результате предварительного сговора с Ж. на распространение наркотических средств с распределением ролей. Согласно договоренности Ж. должен был приобретать героин, а О.

подыскивать покупателей и передавать им героин. Следуя указанной договоренности, О.

подыскал покупателя З. получил у нее деньги, вручив их Ж. После этого О. взяв у Ж. героин, передал его З. Отвергая доводы осужденных об отсутствии предварительного сговора на сбыт наркотических средств и доводы О.

об отсутствии умысла на сбыт героина, суд сослался на показания свидетелей — сотрудников УФСКН о наличии информации о сбыте героина О. и Ж. на содержание действий осужденных, которые по выводам суда свидетельствуют о распределении ролей. В подтверждение совместного умысла суд привел в приговоре анализ действий осужденных, которые сразу же соглашались на продажу героина, распространяли наиболее сильный по воздействию на организм наркотик; для продажи героина О.

давал номер телефона З. безоговорочно назначал ей встречу, деньги передавал непосредственно из рук в руки, предварительно забирая героин у Ж. Между тем указанные обстоятельства не свидетельствуют о том, что О.

стремился к распространению наркотического средства. Его показания о том, что он хотел помочь конкретному лицу З.

обратившейся к нему с просьбой о приобретении наркотика, по делу не опровергнуты.

Факты участия О. в распространении наркотика другим лицам по делу не установлены.

Показания оперативных сотрудников УФСКН о наличии информации о сбыте наркотических средств осужденными по предварительному сговору не содержат достаточных данных для такого вывода. По показаниям свидетеля Г. который являлся инициатором проведения оперативно-розыскных мероприятий, указанная информация имелась, однако он не смог назвать конкретные факты сбыта, предшествующие 24 мая 2010 года, даты и фамилии лиц, которым сбывались наркотические средства.

Не сообщили таких обстоятельств суду и другие допрошенные в суде оперативные сотрудники. По показаниям З. — она не знала, что О.

продает героин. Ей было известно, что этим занимается Ж. а О. может помочь его приобрести.

Свидетель П. показал, что Ж. ранее не знал, а осужденного О. узнал в мае 2010 года. Ему не было известно, приобретала ли ранее З. наркотические средства у О. Из показаний свидетелей З.

и П. непосредственно контактировавших с осужденным О, известно, что в момент обращения к нему З. О. не имел героина. 24 мая 2010 года он взял деньги у З.

зашел в подъезд дома Ж. и вернулся с героином, который передал З. и П. Вышеуказанные показания З. и П. как в суде, так и в досудебном производстве являются последовательными.

Следовательно, выводы суда о том, что О. предварительно забирал героин у Ж. не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, в то время как названный факт положен в основу вывода о наличии у О.

умысла на сбыт и предварительного сговора с Ж.

При этом показания свидетелей З. и П. об отсутствии у О. героина на момент передачи ему денег соответствуют показаниям О.

и Ж. По показаниям осужденных у них не было предварительного сговора на совместное распространение наркотических средств.

Ж. передавал наркотик О. только в том случае, если он договаривался об этом и приносил деньги. Выводы суда о том, что между осужденными были распределены роли, что О.

подыскивал покупателей, основаны не на фактах, а на предположениях. Из материалов дела следует, что именно З. зная, что О. употребляет наркотики, первая обратилась к нему с просьбой о продаже ей героина.

После этого, как видно из материалов дела, 24 мая 2010 года О. приобрел 0,64 грамм героина у осужденного по данному делу Ж.

То есть О. с Ж. не договаривался на последующий сбыт, а обращался к нему только тогда, когда по просьбе сотрудников УФСКН ему звонила З.

с просьбой о приобретении наркотических средств. Кроме того, как следует из материалов дела, осужденный по настоящему делу Ж. не знал о действиях осужденного О.

связанных со сбытом наркотических средств З. При этом как показал осужденный Ж. когда к нему обратился О. он помог ему и сбыл ему героин для личного потребления.

Таким образом, доказательства, приведенные судом в приговоре, противоречат выводам суда о том, что О. предварительно забирал героин у Ж. и не свидетельствуют о наличии сговора на совместное совершение преступления и распределение ролей.

Поскольку по делу не имеется достаточных доказательств предварительного сговора на сбыт наркотических средств, то при оценке действий осужденных Судебная коллегия руководствуется требованиями ч.

3 ст. 14 УПК РФ, согласно которой все сомнения, которые не представляется возможным устранить, толкуются в пользу обвиняемого. В отсутствие предварительного сговора действия О. который выступил посредником между З.

и Ж. не имел собственного героина для передачи З. все полученные от нее деньги передал Ж.

не дают основания утверждать, что они совершены в интересах лица, сбывающего наркотические средства. В силу ч. 3 ст. 14 УПК РФ Судебная коллегия приходит к выводу, что О.

действовал в интересах приобретателя наркотического средства, как он и утверждал в своих показаниях.

По смыслу закона действия посредника в сбыте или приобретении наркотических средств или их аналогов следует квалифицировать как соучастие в сбыте или в приобретении наркотических средств, в зависимости от того, в чьих интересах (сбытчика или приобретателя) действует посредник.

О. приобретая героин по просьбе З. и на ее деньги, оказывал помощь последней в приобретении наркотических средств, а не сбывал их. В связи с этим действия О. подлежат квалификации по ч.

5 ст. 33. ч. 3 ст. 30. ч. 1 ст. 228 УК РФ. Что касается действий Ж. то подлежит отмене его осуждение по ч.

3 ст. 30. п. «а» ч. 2 ст. 228.1 УК РФ ввиду отсутствия в его действиях квалифицирующего признака совершения преступления по предварительному сговору группой лиц. Наказание О. с учетом совершения им преступления небольшой тяжести подлежит назначению в виде лишения свободы на меньший срок с отбыванием в колонии-поселении в силу п. «а» ст. 58 УК РФ. Оснований для назначения другого вида наказания, не связанного с изоляцией от общества, с учетом обстоятельств дела и данных о личности осужденного, Судебная коллегия не усматривает.

Оснований для назначения Ж. по ч. 3 ст. 30 п. «б» ч. 2 ст. 228.1 УК РФ более мягкого наказания не усматривается, поскольку оно было назначено в минимальном размере, а оснований для применения ст. 64 УК РФ в отношении него не имеется.

На основании изложенного, Судебная коллегия определила: Приговор Кировского районного суда города Омска от 14 января 2011г.

в отношении О. изменить, переквалифицировать действия осужденного О. с ч. 3 ст. 30. п. п. «а». «б» ч.

2 ст. 228.1 УК РФ на ч. 5 ст.

33. ч. 3 ст. 30. ч. 1 ст. 228 УК РФ, по которой назначить наказание в виде лишения свободы на срок 3 года в колонии-поселении. Этот же приговор в отношении Ж.

изменить: исключить его осуждение по квалифицирующему признаку, предусмотренному п. «а» ч. 2 ст. 228.1 УК РФ, — «по предварительному сговору группой лиц». Считать Ж. осужденным по п. «б» ч.

2 ст. 228.1 УК РФ к 5 годам лишения свободы, на основании ч.

5 ст. 74. 70 УК РФ по совокупности приговоров от 10.08.2009 года, от 02.02.2010 года и от 14 января 2011 года окончательно к 5 годам 3 месяцам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

В остальной части приговор в отношении О. и Ж. оставить без изменения.